Не пора ли забыть взаимные обиды?

У нашей страны очень много соседей. Так уж сложилось. Но, пожалуй, ни с кем у нас не накопилось столько проблем, сколько с Японией. На протяжении ХХ века мы несколько раз скрещивали оружие, на нашей земле и на японской несть числа кладбищам, где захоронены наши и японские граждане, умершие на чужбине.

Чего греха таить: большинство японцев считают Россию и русских источником многих своих бед. Да и множество моих соотечественников не могут забыть трагические страницы истории, когда наш восточный сосед проявлял себя в отношении нас отнюдь не с лучшей стороны.

Но мне кажется, большого смысла нет в том, чтобы постоянно предъявлять друг другу претензии и считать взаимные обиды. Это абсолютно не конструктивно.

Так получилось, что мне довелось на протяжении многих лет жить и работать в Японии, побывать в разных местах от самого северного мыса Соя, до Окинавы. Пришлось быть свидетелем самых разных событий и встречаться с самыми разными людьми. Но вспоминать хочется не о воплях «уёку» (ультраправых) перед нашим посольством на Мамиана, не о разных демонстрациях и демаршах, направленных против моей страны, а о тех, пусть и немногочисленных проявлениях добрых чувств со стороны настоящих друзей.

К сожалению, в Японии быстро забылись некоторые примеры, когда помощь и сочувствие шли к ней из России (в данном случае я имею в виду и Советский Союз).

Многие ли помнят, что 18 сентября 1923 года (почти через две недели после страшного землетрясения Канто, когда пострадало четыре миллиона (!) человек) высший орган государственной власти СССР принял специальное постановление об оказании помощи пострадавшему японскому населению. Оно предусматривало отведение на льготных условиях рыболовных участков и лесных делянок, а также освобождение от таможенных пошлин грузов, идущих в Японию. Кроме того, было снаряжено судно с гуманитарной помощью нашему восточному соседу.

Надо ли напоминать, что всего лишь за год до этого, 25 октября 1922 года бесславно завершилась «сибериа сюппэй» (Японская военная интервенция в Сибири и на Дальнем Востоке), оставившая после себя незаживающие раны и праведный гнев местного населения. Есть такая русская поговорка «Кто старое помянет, тому глаз вон». Думается, что решение Москвы об оказании помощи пострадавшему Токио стоит отнести к этой категории.

Хочется вспомнить и другие примеры, плодотворного сотрудничества между нашими странами, но остановлюсь лишь на одном, произошедшем в 1960 году.

Именно тогда на Японию обрушилась страшная зараза — полиомиелит, основной жертвой которой становились дети. На повестку дня встал вопрос о срочной массовой вакцинации. В стране не было собственной вакцины и её закупать надо было за рубежом. В мире было только две страны, располагавшими этим средством — США и СССР. Казалось бы, учитывая союзнические отношения с Вашингтоном и более чем прохладные отношения с Москвой, решение о том, где приобретать вакцину, напрашивалось само собой.

Может так и поступили бы японские власти, но оказалось, что американская вакцина по целому ряду показателей уступает советской. Решающую роль в принятии решения сыграла фирма «Искра» и, прежде всего, её создатель и руководитель Исикава Сиро. После некоторых раздумий Токио решило обратиться за помощью к Москве.

Наверное представители фирмы «Искра индустри» могли бы более подробно рассказать, как им удалось преодолеть колоссальные бюрократические барьеры для получения разрешения на ввоз в огромном количестве зарубежного лекарства и для организации доставки нескольких миллионов (!) доз на самолёте «Аэрофлота» при отсутствии прямого сообщения между Москвой и Токио. Но старожилы наверняка помнят, как этот авиалайнер встречали в аэропорту Ханэда тысячные толпы народа.

Основатель компании «Искра индустри» Исикава Сиро
На фото: матери детей, больных полиомиелитом, ставят подписи под обращением к правительству разрешить импорт вакцины из СССР, 1961 год.
В начале 60-х годов Японию охватила эпидемия полиомиелита. Остановить ее могло применение живой вакцины, производимой в СССР. Для японского правительства регистрация и выдача разрешения на импорт лекарства из СССР было немыслимым по тем временам прецедентом. Движение матерей, дети которых заболели, или могли заболеть полиомиелитом, активная роль общественных организаций, прессы, ученых обеих стран и усилия „Искры», которая возглавила и координировала движение, обеспечили срочный импорт вакцины. 20 миллионов японских детей было спасено от угрозы заболевания, фирма приобрела авторитет и партнеров.
С сайта фирмы «Искра индустри Co., Ltd.» http://www.iskra.

По заданию редакции журнала «Коннити-но сорэмпо» («Советский Союз сегодня»; его выпускало на протяжении почти 30 лет советское посольство) я договорился об интервью с академиком Михаилом Чумаковым. Он был директором Института полиомиелита и вирусных энцефалитов, в стенах которого и создал вместе со своей супругой знаменитую на весь мир вакцину.

Михаил Петрович Чумаков — советский вирусолог, академик АМН, основатель и первый директор Института полиомиелита и вирусных энцефалитов РАМН. Принял участие в изучении этиологии весенне-летнего энцефалита и открытии вызывающего его вируса клещевого энцефалита. Разработал вакцину от полиомиелита
Конец 1950-х: в СССР родители мечтают привить детей, но официально вакцина ещё не зарегистрирована. Полиомиелит свирепствует, превращая людей в инвалидов… Победить болезнь смогли совместные усилия наших и американских вирусологов. История достойна и Нобелевки, и сериала, который страна смотрела бы, не отрываясь от экранов. Главнейшую роль в этом сыграла семья академика М. П. Чумакова: он сам, его супруга М. К. Ворошилова (известнейший вирусолог) и их дети — Илья, Пётр и Константин

Помню небольшое здание, выстроенное рядом с Внуковским шоссе на Западе от Москвы. Оно было окружено лесом, и сюда не доносился шум главной магистрали, соединявшей столицу с ее воздушными воротами.

М.Чумаков принял меня в своём рабочем кабинете. Он был могучим мужчиной с большой шевелюрой тёмных волос. Меня предупредили, что академик плохо слышит, и нужно говорить погромче. Поздоровался он со мной левой рукой, поскольку правая была парализована. Всё это, включая потерю слуха, было следствием того, что сам М.Чумаков перенёс почти 25 лет назад клещёвой энцефалит. Его поразил вирус, который ему самому удалось выделить.

Поскольку разговор проходил более полувека назад, я уже его плохо помню, но в память врезались слова учёного, что он будет поистине счастлив, если его вакцина поможет спасти японских детей.

Сейчас весь мир оказался застигнутым неожиданной угрозой, с которой он не знает, как бороться. Ещё месяц назад мало кто слышал о существовании коронавируса, а сегодня закрыты границы, опустели стадионы, театры, школы, аэропорты, улицы городов прочёсывают военные патрули, люди боятся выйти из дома. Что происходит? Конец света?

Конечно же, выход будет найден, и смертельный вирус будет обезврежен.

Но может быть это подходящий момент, когда человечество поймёт, что самое ценное на нашей планете Земля — это жизнь. Может быть на фоне всеобщей угрозы стоит забыть о былых обидах, многие из которых просто надуманны? Может русским и японцам тоже пора вспомнить, как мы приходили друг к другу на помощь и каким плодотворным было наше сотрудничество. Злоба, ненависть, недоверие, затаённые обиды — всё это меркнет, когда речь заходит о главном. Не пора ли нам одуматься?

Автор: Михаил Ефимов

Автор: Admin

Администратор

Добавить комментарий