Брифинг официального представителя МИД России М.В.Захаровой, Москва, 21 октября 2026 года
О японо-американских учениях Keen Sword
Вопрос: 19 октября с.г. начались масштабные двусторонние командно-штабные и полевые учения Сил самообороны Японии и вооружённых сил США Keen Sword, которые продлятся до 29 октября. В манёврах задействованы около 45 тыс. японских военнослужащих и 12 тыс. американских военных. Впервые за пределами места постоянной дислокации в рамках учений развёрнуты японские мобильные противокорабельные ракетные комплексы «Тип-25» с заявленной дальностью действия около 1 тыс. км, что значительно превышает пределы японской территории. Как Вы могли бы прокомментировать проведение столь масштабных японо-американских учений? Рассматривают ли в МИД России эти действия как целенаправленную попытку дестабилизировать баланс сил и спровоцировать эскалацию в Азиатско-Тихоокеанском регионе?
Ответ: Хочу обратить внимание, помимо того, что фактически был дан старт совместным японо-американским учениям Keen Sword – 27, важно и то, что на них будут впервые задействованы развёрнутые несколько месяцев назад на территории страны ударные ракетные комплексы «Тип-25».
Исходим из того, что в рамках проводимого в Японии курса на ремилитаризацию это и многие другие мероприятия в военной сфере утратили сформулированный в японском же законодательстве «сугубо оборонительный» характер. Неоднократно заявляли японской стороне, что данная тенденция вызывает серьёзную обеспокоенность, т.к. подобные шаги создают дополнительные риски с точки зрения безопасности дальневосточных рубежей Российской Федерации и небезосновательны с учётом исторических реалий.
Помним, что творил японский милитаризм на нашем Дальнем Востоке и сопряжённом с китайской историей. Под нашими опасениями есть фактология, в том числе историческая.
Всё это имеет прямые негативные проекции на стабильность и безопасность в Азиатско-Тихоокеанском регионе в целом. Как уже ранее предупреждали японскую сторону, в ответ мы будем вынуждены принимать компенсирующие меры по укреплению обороноспособности нашей страны.
О некоторых заявлениях японского руководства
Вопрос: Генеральный секретарь кабинета министров Японии М.Кихара заявил, что Токио хочет продолжать контакты с Россией для решения проблем двусторонних отношений. По его словам, Япония очень серьёзно воспринимает то, что по-прежнему не разрешена проблема Курил и с Россией не заключен мирный договор. При этом он сказал, что Токио не намерен отказываться от претензий на южную часть Курил. Как Вы можете прокомментировать его заявление? На каких условиях возможен диалог Москвы и Токио?
Ответ: Не знаю, что подразумевает упомянутый Вами чиновник, политический деятель Японии, говоря о желании развивать отношения или контакты с Россией. Может быть, это какое-то извращенное понимание этого тезиса.
Только что говорила о том, что японская корпорация разрабатывает дроны и намеренно поставляет их киевскому режиму для использования конкретно в военных целях, а дроны используются против россиян.
Вот так, по мнению М.Кихары, должны развиваться контакты с Россией? Честно говоря, впервые слышим о таком понимании словосочетания «развитие контактов».
Здесь еще один очень важный момент. Курильские острова перешли к нашей стране на абсолютно легитимных основаниях по итогам Второй мировой войны, закрепленным договорённостями союзных держав и Уставом ООН. Суверенитет и юрисдикция России над этими территориями никакому сомнению и уж тем более обсуждению не подлежат.
Что же касается темы мирного договора, то хотели бы напомнить, что в качестве ответа на введённые официальным Токио в связи с ситуацией на Украине односторонние ограничения против нашей страны меры 21 марта 2022 г. было опубликовано заявление МИД России, где говорилось, что мы не намерены продолжать переговоры с Японией по данному вопросу ввиду невозможности обсуждать подписание основополагающих документов о двусторонних отношениях с государством, занимающим откровенно недружественные позиции и стремящимся нанести ущерб интересам Российской Федерации. С тех пор вследствие деструктивных действий японского руководства отношения между двумя странами ещё более деградировали.
Неоднократно подчёркивали, что путь к возобновлению полноценного межгосударственного диалога и сотрудничества откроется только после подкреплённого реальными действиями отказа Японии от её враждебной русофобской антироссийской линии.
О задержании японского журналиста в России
Вопрос: Наш вопрос о задержанном журналисте газеты «Хоккайдо Симбун». Исключительно гуманитарный аспект. Если возможно, я понимаю, что Вы тоже не всё знаете, может быть, сможете что-то сказать о его состоянии, условиях содержания, о его возможности в ближайшее время связаться с семьёй и предстоящих процессуальных действиях?
Ответ: Знаете, я просто не могу не отреагировать на Вашу фразу. Она, наверное, была сказана в лучших побуждениях: что я не всё знаю. А Вы почаще ходите и побольше спрашивайте. Тогда, наверное, и я буду, благодаря Вашему вопросу, больше узнавать. Наверное, и Вы.
Вопрос: Мария Владимировна, мы Вас смотрим.
Ответ: Я понимаю, что Вы меня смотрите. Спасибо Вам большое за это. Но вопрос в том, что, как мы понимали ранее, мы даем аккредитацию японским журналистам, как и другим журналистам, чтобы они работали как журналисты, а не занимались несовместимой со статусом журналиста деятельностью. Тем более такой.
Я больше хочу сказать. Ведь раньше японские журналисты задавали вопросы, направляли запросы на интервью, делали репортажи из страны своей аккредитации. А просто потом, по указке из Токио, эта деятельность была свёрнута. Теперь японским журналистам не разрешается (давайте я за Вас скажу, что я буду вам вопросы задавать) принимать участие в информационных мероприятиях, посещать, принимать участие в пулах. Не надо со мной спорить – вас там просто нет. Вы же не приходите.
Вопрос: Мария Владимировна, были мы в пулах. И в Пскове, и в Калининграде были.
Ответ: Подождите. Когда последний раз газета «Майнити», в частности, направляла вопросы в брифинг официального представителя МИД России по текущей ситуации или направляла запросы на интервью в Министерство иностранных дел Российской Федерации? Да никогда.
Вопрос: Мария Владимировна, мы отправляли несколько запросов…
Ответ: Я прошу прощения, давайте про брифинг.
Вопрос: Хорошо.
Ответ: Когда?
Вопрос: Мы летом…
Ответ: Какого года?
Вопрос: Этого года.
Ответ: О чём вы говорите? Зачем? Ведь самое интересное, что мы брифинги транслировали онлайн, все записи есть. Ведь посмотреть-то можно. Зачем Вы сейчас вводите в заблуждение общественность?
Вопрос: Мария Владимировна, мы письменно отправляли просьбу о содействии в организации встречи.
Ответ: Да, и каждый Ваш минимальный запрос отрабатывается Вами, но Вы не участвуете в самом главном – в журналистской работе.
Как мы теперь понимаем, журналисты, которые приезжают из Японии, занимаются не журналистикой. Если бы Вы занимались журналистикой, Вас бы интересовала позиция нашей страны, например, на японском треке, по азиатским вопросам.
Я вопросы по Японии уже неоднократно слышу от журналистов из других стран. Российские журналисты интересуются российско-японским треком, западные журналисты интересуются. А японские журналисты, которых в России аккредитовано огромное количество, десятки же аккредитованы, не интересуются. Почему?
Вопрос: Мария Владимировна, мы Вас внимательно слушаем всегда, честное слово.
Ответ: Вы меня просто провоцируете сейчас произнести фразу: «Я, говорит, всё понимаю, только сказать не могу». Да? Вот в таком плане? Вас, если там совсем уже запугали, Вы моргните.
Вопрос: Нет, у нас рядом стоит корреспондент. Мы вместе слушаем.
Ответ: Я понимаю, не надо… Ещё раз я, наверное, расскажу то, что многие не знают в Японии, потому что им об этом японские журналисты, аккредитованные в России, не рассказывают. У нас брифинги журналистов проходят без лимита, без ограничения по времени и по количеству участников. Они созданы для того, чтобы журналисты уточняли какие-то нюансы, задавали вопросы, переподтверждали информацию. Именно так и было.
В этом зале присутствовало огромное количество японских журналистов. Во время пандемии они задавали вопросы, они выходили на связь онлайн и так далее. После 2022 г. японским журналистам, я не знаю, как называется ведомство в Японии, которое этим занимается, но предписало не входить в контакт, не задавать вопросы, не участвовать в информационных мероприятиях по линии российских государственных органов, в частности, Министерства иностранных дел Российской Федерации.
Мы задавались вопросом, и в том числе задавали эти вопросы публично. А что же тогда японские журналисты делают в таком количестве в нашей стране? Помимо всего прочего, это же не только вопрос освещения исключительно российской точки зрения и так далее. Ведь Япония официально заморозила большое количество контактов, ввела санкции, ограничила гуманитарные обмены и так далее.
При этом японских журналистов меньше не стало, а вопросы они перестали задавать. И тут мы начали понимать, чем занимаются японские журналисты. Они занимаются вот такой несовместимой с журналистским статусом деятельностью. Это не первый случай. Это случай первый, который мы придали гласности. Я думаю, что Вам известно, о чём я говорю.
Теперь отвечаю непосредственно на Ваш вопрос. МИД России находится на связи с Посольством Японии в Москве по указанному сюжету. Исходим из того, что интересы задержанного подданного Японии представляет дипломатическая миссия этой страны. В таком контексте по упомянутым Вами вопросам личного характера рекомендую обращаться за возможными подробностями и разъяснениями к японским дипломатам.
Всегда готовы отвечать на Ваши вопросы. Всегда Вас ждём. И никогда ни японских журналистов, ни журналистов других стран не сегрегируем.
О 70-летии со дня подписания Совместной декларации СССР и Японии
Вопрос: 19 октября исполнилось 70 лет со дня подписания Совместной советско-японской декларации, с которой началось восстановление дипломатических отношений между СССР и Японией. В этой декларации четко говорится о передаче островов Шикотан и Хабомаи после заключения мирного договора.
Скажите, как МИД России оценивает этот документ на данный момент? Какое историческое значение этого договора?
Ответ: Совместная декларация СССР и Японии 1956 г. остаётся базовым документом для российско-японских отношений. Хочу напомнить, что именно она прекратила состояние войны и восстановила дипломатические контакты между нашими странами, а также, что немаловажно, открыла дорогу Токио в ООН. Несмотря на своё название, декларация носит характер договора, поскольку была ратифицирована парламентами обоих государств и прошла процедуру депонирования во Всемирной организации.
Важно отметить, что статья 1 данного документа провозглашает установление мира и добрососедских дружественных отношений между двумя странами. К сожалению, такое ощущение, что именно эта страница как-то «прилипла» к остальным, и именно этот пункт Токио плохо помнит.
Текущее плачевное положение дел в двусторонних связях, как мы уже неоднократно подчёркивали, продиктовано выбором официального Токио в пользу некой «западной солидарности» с демонтажем накопленного за долгие годы потенциала нашего совместного сотрудничества. Духу и букве Совместной декларации это противоречит. Вероятно, поэтому впервые за всю послевоенную историю российско-японских отношений упомянутая Вами круглая дата прошла практически незамеченной. Просто отмечать нечего.
Хотели бы вновь подчеркнуть, что путь к возобновлению полноценного межгосударственного диалога откроется только в случае, если японское руководство не на словах, а на деле откажется от нынешнего недружественного курса.
О ситуации вокруг задержания японского журналиста
Вопрос: Вопрос по поводу ареста японского корреспондента на Дальнем Востоке и в Сахалинской области. Как Вам известно, японского журналиста задержали 13 октября с.г. и сейчас он содержится в СИЗО Лефортово в Москве. Насколько я знаю, согласно консульскому договору между Японией и Россией, консульская встреча должна состояться в течение четырех дней с момента задержания. Но на данный момент такая встреча не состоялась. Прошу Вас объяснить перспективы проведения консульской встречи и почему до сих пор такая встреча не состоялась. Ещё хочу уточнить состояние здоровья этого корреспондента.
Ответ: Что касается его личной, персональной информации, то, как я уже сказала, за ней Вы можете обратиться в посольство Японии в Москве. Это раз. Во-вторых, Вы мне задали вопрос «Почему так случилось?» Хочу ответить Вам вопросом на вопрос: «Почему человек, который прибыл в нашу страну как журналист, занимался деятельностью, которую наши спецслужбы охарактеризовали как шпионаж в пользу одной из японских спецслужб?». Почему? Таких «почему» очень много.
Дополнительно постараюсь уточнить информацию у своих коллег, которые занимаются вопросами, связанными с Японией, и Вам её предоставить. Надеюсь, что мы с Вами здесь видимся тоже не в последний раз.
