ТАСС. Кирилл Агафонов — об изменении курса Токио и о том, кому это выгодно
21 апреля 2026 года войдет в учебники как поворотный день в истории Японии. Правительство разрешило экспорт оружия, поставив под сомнение пацифистский путь страны, который более 80 лет считался основой японской внешней политики.
Такое решение властей не вызвало широкой поддержки населения, несмотря на рекордно высокие рейтинги правительства (свыше 60%). Так, согласно данным главной государственно-общественной телерадиокомпании Японии, 32% респондентов одобряют экспорт смертоносного оружия, а 53% выступают против.
Снятие ограничений
Запрет на экспорт оружия в Японии был смягчен еще в 2014 году, при кабмине ныне покойного Синдзо Абэ. Однако ограничения оставались довольно жесткими. Поставки допускались лишь для пяти целей: спасательных операций, транспортировки, предупреждения, наблюдения и разминирования.
Решение правительства от 21 апреля 2026 года эти преграды сняло. А значит, теперь Япония может поставлять любую технику, в том числе летальное вооружение — например, эсминцы, подводные лодки и ракеты.
Правда, и на этот раз был прописан ряд ограничений. В частности, экспортировать вооружения разрешается только в страны, имеющие с Японией соответствующие соглашения о сохранении секретности военных технологий. Сейчас таковых насчитывается 17: это США, Великобритания, Австралия, Индия, Филиппины, Франция, Германия, Малайзия, Италия, Индонезия, Вьетнам, Таиланд, Швеция, Сингапур, ОАЭ, Монголия и Бангладеш.
Кроме того, согласно новому порядку, оружие в принципе можно поставлять только государствам, не принимающим участия в вооруженных конфликтах. Однако правительство Японии сохранило за собой право все же одобрять поставки в «особых случаях», когда это в интересах национальной безопасности.
К примеру, агентство Kyodo писало, что инициатива правительства может открыть путь поставкам оружия на Украину. Отмечалось, в частности, что система одобрения экспорта, при которой решение будет принимать Совет национальной безопасности, дает свободу для действий на основе политических соображений и делает проблематичной процедуру сдерживания.
Впрочем, в японском посольстве в Москве, 23 апреля, заверили, что Токио сейчас не рассматривает возможность поставок Украине летального оружия. Киев не может быть его получателем «поскольку Япония не заключала с Украиной соглашение о передаче оборонного оборудования и технологий». Там также отметили, что, по оценке Токио, Украина подпадает под определение «страны, в которой в настоящее время ведутся боевые действия в рамках вооруженного конфликта».
Однако, например, глава совета правящей Либерально-демократической партии (ЛДП) по вопросам обеспечения безопасности, экс-министр обороны и один из авторов ключевых решений в военной сфере Ицунори Онодэра отмечал, что «правительству решать, с какой страной заключать соглашение и какую страну делать возможным [направлением] экспорта». Также сообщалось, что правительство Японии рассматривает возможность закупки и постановки на вооружение Сил самообороны беспилотников украинского производства. А Владимир Зеленский ранее уже просил Токио о поставках средств противовоздушной обороны. Для этого и может быть подписано соглашение, открывающее путь для экспорта оружия.
Процесс принятия решений
Особую настороженность общественности, экспертов и оппозиции вызывает сама процедура принятия решений. Так, последнее слово остается за Советом национальной безопасности, то есть за правительством. Парламент не будет иметь права голоса, его будут уведомлять о решении постфактум.
«Это может подорвать сами основы мирного государства. Крайне важно, чтобы парламент выступил в качестве сдерживающего фактора, отражая волю народа», — отметил генсек главной оппозиционной силы («Союза центристских реформ») Такэси Сина.
Жестче свою позицию высказал глава политсовета Компартии Японии Таку Ямадзоэ. «Это можно охарактеризовать как падение Японии до государства — торговца смертью, которое содействует международным конфликтам», — написал он в соцсети X. «Это несовместимо со статусом Японии как мирной нации, закрепленным в статье 9 Конституции. Мы решительно протестуем и требуем отмены [этого решения]», — добавил Ямадзоэ.
Правительство же настаивает на том, что при поставках оружия будет проводить тщательный контроль и мониторинг. «Военная техника экспортируется только после подтверждения того, что страна-покупатель будет надлежащим образом управлять ею», — сказал министр обороны Синдзиро Коидзуми. А генсек кабмина Минору Кихара заверил, что Япония «продолжит придерживаться основополагающих принципов мирного государства».
Потенциальные покупатели
Токио уже достиг договоренностей о продаже модернизированных фрегатов класса «Могами» Австралии, интерес к ним проявила и Новая Зеландия. Обсуждается вопрос о предоставлении подержанных боевых кораблей Индонезии и Филиппинам.
Так, в ближайшие недели глава Минобороны посетит Манилу, чтобы обсудить детали поставки эсминцев, выводимых из состава национальных ВМС. Переговоры с Филиппинами станут первой практической проверкой новых правил по экспорту оружия.
При этом, по словам Коидзуми, «американский производственный сектор ослабевает и ищет сотрудничества с союзниками и странами-единомышленниками, такими как Япония». В каких именно проектах возможно подобное «сотрудничество», пока не раскрывается.
США и ряд стран НАТО поддержали решение Японии по изменению принципов передачи оборонного оборудования. Североатлантический альянс, в принципе, в последние годы активно сближается с Токио, работая над совместимостью систем управления и внедрением единых технологических стандартов. Несмотря на неизбежную конкуренцию (Соединенные Штаты предпочитают, чтобы все закупали именно их вооружения), Вашингтон сегодня видит в Токио скорее не соперника, а стратегический тыл. В условиях перегрузки собственного военно-промышленного комплекса (ВПК) американцам выгодно, чтобы Япония взяла на себя роль регионального арсенала, снабжая союзников техникой, которая построена на единой технологической платформе с аналогами США.
Китай же выразил серьезную обеспокоенность решением Токио. «Последние опасные шаги Японии в военной сфере и сфере безопасности окончательно разрушили ее самопровозглашенный образ мирной нации, использующей ВС исключительно в оборонных целях», — заявил официальный представитель МИД КНР Го Цзякунь. По его словам, «ускоренная ремилитаризация Японии является реальностью, подкрепленной конкретными планами и действиями». Он также заявил о готовности Пекина «сохранять высокую бдительность и решительно противостоять безрассудным действиям Японии, направленным на внедрение новой формы милитаризма».
Подоплека отмены
Решение кабинета министров продиктовано осознанием неконкурентоспособности своего оборонно-промышленного комплекса, работавшего до сих пор лишь на внутренний рынок, и неготовности к длительному ведению боевых действий. Похоже, проанализировав опыт конфликтов последних лет, в Токио пришли к выводу, что мощностей его собственного ВПК будет недостаточно, чтобы произвести даже необходимое количество боеприпасов. В местной прессе звучали оценки, согласно которым Японии хватит боеприпасов только на два месяца интенсивных боестолкновений.
Развивая экспорт вооружений, Токио рассчитывает наладить полноценный обмен военной техникой и боеприпасами со странами-партнерами. Так, премьер-министр Японии Санаэ Такаити отмечала, что в «условиях все более сложной обстановки в сфере безопасности ни одна страна не может в одиночку защитить свою безопасность, и ей нужна взаимная поддержка со стороны стран-партнеров в области оборонной техники». «Если мы не можем помочь тем, кто в нас нуждается, помогут ли они нам, когда Япония будет в них нуждаться?» — подчеркнул Коидзуми в интервью газете «Никкэй».
Этой логикой объясняется общений внешнеполитический подход Токио, который заявляет о неразрывной связи безопасности в Европе и Азии. Активно участвуя в поддержке Украины, Япония рассчитывает обеспечить себе поддержку партнеров на случай, если она окажется втянута в какой-либо региональный конфликт.
