Томоми Орита – японская актриса и танцовщица японского традиционного танца, живущая и работающая в России, выпускница театрального училища в Токио и ГИТИС. В настоящее время исполняет главные роли в спектаклях «Журавль», «Расёмон», «Когда ты остров», «Девичьи странствия». В театрах России и Японии сыграла более двадцати главных ролей в современных и классических пьесах.
Фаина Савенкова: Как Вы влюбились в Россию и русский театр, проживая в Японии, и что именно в системе Станиславского Вас особенно зацепило?
Томоми Орита: Когда я ещё была студенткой, я посмотрела спектакль в Токио, который приехал из Москвы, и была очень впечатлена высоким уровнем актёрского мастерства. Я считаю, что система Станиславского — это самая фундаментальная из актерских техник. Более того, я считаю, что это превосходная система для работы театра. На меня также оказала больше влияние биомеханика Мейерхольда.
Ф.С.: Ваш моноспектакль «Когда ты остров» — очень личная история. Что было самым сложным в том, чтобы так открыто говорить о своей жизни на сцене перед зрителями?
Т.О.: Возможно, это не очень приятное новость, но «Когда ты остров» — это не моя автобиография. Это творение Юлии Тупикиной. Она написала произведение для меня с самого начала, предполагая, что я буду играть главную героиню. Поэтому образ главной героини напоминает меня саму. Однако все эпизоды — это творение автора. Если бы это была моя автобиография, мои собственные намерения (например, то, какой я хотела, чтобы меня воспринимали зрители) могли бы победить, что привело бы к неестественной игре.
Ф.С.: Вы исполняете традиционные японские танцы и играете в документальном театре «Театр.doc». Как вам удается совмещать эти совершенно разные миры — японскую классику и российский «театр реальной речи»?
Т.О.: Я актёр театра, и традиционный японский танец для меня — совершенно отдельная сфера, и у меня нет желания смешивать эти два направления. Однако японский танец — редкое искусство в России, поэтому он неизбежно может стать формой самовыражения, и если этого хочет режиссёр, то я буду танцевать именно так, как он или она мне скажет.
Ф.С.: Чувствуете ли Вы после обучения в ГИТИСе у Леонида Хейфеца, что японский и российский театр по-прежнему сильно отличаются друг от друга? Что из русского подхода Вы взяли бы с собой в работу в Японии?
Т.О.: Театр — это форма выражения, использующая тело и слова, и это одинаково во всех странах. Однако, я думаю, существует большая разница между очень всеобъемлющей системой актерского образования в России и японской, которая фрагментирована и сильно зависит от конкретного актера. В настоящее время я не занимаюсь театральной деятельностью в Японии. Там я работаю только танцовщицей и актрисой озвучивания.
Ф.С.: В одном из интервью Вы сказали, что «в России любят все». Есть ли в повседневной жизни или культуре России что-то такое, что до сих пор Вас удивляет или кажется загадочным даже спустя столько лет?
Т.О.: Я не говорила: «в России любят все». Я сказала: «Я люблю в России всё». Конечно, даже сейчас в России есть вещи, которые меня поражают или удивляют, но чаще всего это касается личных или конкретных событий, а не «русской культуры» как таковой.
Ф.С.: Какие у Вас планы на ближайшие годы — новые проекты в России, возвращение на японскую сцену или, может быть, что-то совершенно новое, объединяющее две культуры?
Т.О.: В настоящее время я не намерена возвращаться в Японию на постоянное жительство и, следовательно, не планирую переносить свою деятельность на японскую сцену. У нас 3 марта была премьера – новый спектакль «Девичьи странствия». Репетиции другой пьесы, премьера которой запланирована на конец этого года, начнутся до лета.
