На состоявшихся 8 февраля выборах в Палату представителей Парламента Японии Либерально-демократическая партия одержала победу исторических масштабов. Что же касается оппозиции, то настоящий бойцовский дух продемонстрировала лишь одна начинающая политическая сила – партия «команда Мирай», в то время как все остальные склонились под «вихрем Такаити». Демократическая партия для народа и партия Сансэй, которые на выборах в Палату представителей в позапрошлом году и в Палату советников в прошлом году серьезно увеличили свое представительство, на этот раз финишировали с разочаровывающим результатом, далеким от целей, которые они ставили перед собой.
И все-таки следует признать, что они пережили разразившийся шторм. А по-настоящему сильно пострадали те политические силы, которых принято именовать либеральным крылом. Достаточно просто взглянуть на число мандатов: у Коммунистической партии до выборов их было восемь, а стало четыре, у партии Рэйва синсэнгуми представительство и вовсе сократилось с восьми до одного. Социально-демократическая партия как имела нулевое представительство, так с ним и осталась. Спешно сколоченное под выборы объединение Конституционно-демократической партии и партии Комэй – Центристский реформаторский альянс – тоже потерпел горькое поражение: если рассматривать тех, кто в прошлом были членами Конституционно-демократической партии, то вместо 144 депутатов в новом составе палаты остался лишь 21 (и это притом, что шестеро из них прошли по системе пропорционального представительства только благодаря тому, что у ЛДП попросту не хватило кандидитов, и часть мандатов отошла другим партиям по перераспределению).
Таким образом, в общем и целом, произошло небывалое сокращение представительства либералов, стоящих на базе конституционного пацифизма – тех, кого на языке эры Сёва именуют «реформистскими силами».
Такой итог выборов побуждает многих говорить о том, что на наших глазах заканчивается «послевоенная эпоха» политической истории нашей страны. К примеру, после выборов депутат Палаты советников Иносэ Наоки написал: «наконец-то мы свободны от проклятия «послевоенной эпохи»» (официальные записки, 10 февраля), а политолог Ямагути Дзиро прокомментировал: «поистине, рухнули сами основы послевоенной политики» (газета «Майнити симбун», электронная версия от 17 февраля 2026 года).
В послевоенной политике Японии доминирующим было противостояние «консерваторы против реформистов» – идеологическое противостояние по таким вопросам, как Конституция и проблемы национальной обороны, двух течений – «консервативного» и «реформистского», а теперь, когда одно из двух политических крыльев фактически рухнуло, дальнейшая игра будет идти по совершенно иным правилам.
Но если поразмыслить обо всем этом немного глубже, приходится констатировать, что слова о конце «послевоенной эпохи» звучат далеко не впервые. Обращает на себя внимание то, что о смене эпох уже говорили в несколько переломных моментов.
Самый первый из них – известная констатация факта, что теперь «уже не послевоенные времена» в докладе 1956 года, именуемом «Белой книгой по экономике». Тогда это была броская фраза, отражающая поразительное восстановление экономики, и вполне можно утверждать, что в политическом смысле она ознаменовала завершение структурного формирования «послевоенной» системы, поскольку годом ранее сформировалась Либерально-демократическая партия и произошло объединение в Социалистическую партию Японии. Иными словами, возникла так называемая «система 1955 года», в рамках которой противостояли друг другу Либерально-демократическая партия, ставящая задачей пересмотр конституции и возрождение вооруженных сил, и Социалистическая партия с политическим курсом на защиту конституции и разоружение. На фоне благоприятных экономических условий эта система политического противостояния долгие годы продолжит существовать по инерции.
С началом 1980-х годов была предпринята инициативная попытка положить конец этой затяжной «послевоенной эпохе», когда правительство, возглавляемое премьер-министром Накасонэ Ясухиро, выступило с лозунгом «подведения общего баланса послевоенной политики». Это же правительство в рамках административной реформы реализовало расчленение и приватизацию государственных железных дорог, что, как позднее вспоминал сам Накасонэ, «сильно изменило всю японскую политику». «С распадом Профсоюза государственных железных дорог пришел конец Всеобщему совету профессиональных союзов Японии (Сохё), что, в свою очередь, привело к упадку Социалистической партии. Распался один из полюсов, поддерживавших «систему 1955 года», и это стало самой большой реформой, которой удалось добиться в рамках «подведения общего баланса послевоенной политики»» (газета «Майнити симбун», 20 ноября 2005 года).
Далее, с приходом 1990-х годов, завершилась Холодная война, и во внутриполитических делах стало казаться, что система противостояния консерваторов и реформистов наконец рухнула: утратившая вес Социалистическая партия вошла в коалиционное правительство с Либерально-демократической партией. Пришла эпоха, когда политические партии вели борьбу не вокруг Девятой статьи и оборонной политики, а вокруг «реформирования» сложившейся политико-экономической системы. Победившая в этой игре Демократическая партия неуклонно демонстрировала реальную способность держать политическую власть, не выдвигая на авансцену конституционный пацифизм, и в 2009 году она в конце концов добилась выдающегося результата, взяв власть над страной в свои руки. В 2011 году, сразу после Большого землетрясения восточной Японии, также провозглашалось: ««послевоенной эпохе» пришел конец, настала «эпоха после бедствия»» (Микурия Такаси).
Тем не менее и это не стало концом «послевоенной эпохи» в японской политике. С падением власти Демократической партии и приходом второго кабинета под руководством Абэ Синдзо, поскольку премьер-министр провозгласил «отход от послевоенного режима» и стал активно продвигать решение вопроса о конституции и праве на коллективную самооборону, между политическими партиями вновь разгорелось противостояние по линии консерваторы/реформисты. В этом процессе Демократическая партия (Прогрессивная демократическая партия) вместе с Конституционно-демократической партией, Коммунистической партией и другими были склонны выступать под лозунгами защиты конституции и пацифизма, напоминающими о Социалистической партии прошлого. Так Япония вернулась в «новую систему 1955 года», то есть, к «послевоенному» раскладу политических сил.
Можно ли утверждать, что теперь, когда «реформистов» словно смело штормом из Палаты представителей, настал окончательный и бесповоротный финал «послевоенной эпохи». У автора имеются насчет этого некоторые сомнения. Легитимность конституционного пацифизма подкреплена Девятой статьей Конституции Японии, а та или иная реформистская партия вполне может возродиться, пока в обществе есть ее сторонники. С учетом исторического развития политических процессов вероятность этого нельзя не принимать во внимание.
Говоря иначе, автор сможет поверить в то, что «послевоенная эпоха» завершилась окончательно и бесповоротно только тогда, когда будет в какой-то мере решен вопрос о пересмотре Девятой статьи Конституции Японии. Премьер-министр Такаити Санаэ большой победой правящей партии на выборах в Палату представителей проложила путь к тому, чтобы реализовать давний замысел – инициировать парламентские дебаты о внесении поправок в основной закон страны. Премьер-министр также заявляет о намерении продвигать «политический курс, который разделит надвое мнение нации».
Иными словами, хотя итоги нынешних всеобщих выборов и не означают сами по себе окончания «послевоенной эпохи», в конечном счете они с большой вероятностью могут стать для нее «началом конца». Нравится нам это или нет, следует осознавать, что в данный момент мы стоим на этом перепутье.
Автор: Сакаия Сиро. Профессор юридического факультета Токийского университета; специализация – японская политика и политические процессы. Родился в 1978 году в префектуре Осака. Окончил юридический факультет Токийского университета, магистратуру того же вуза по праву и политологии. Доктор права. Бывший доцент Института социальных наук Токийского университета; профессор Столичного университета Токио (ныне Токийский столичный университет). С 2020 года занимает нынешнюю должность. Автор книг «Конституция и общественное мнение» (издательство «Тикума»), «История послевоенной японской политики» (издательство «Тюо корон синся») и др.
